....Человек по имени Василь решает проблему своего заработка частным извозом без государственной лицензии. Я как-то села в его машину утром, спеша на работу. На другое утро он встретил меня на том же месте, уже без желтой "макушки" на крыше своей шестерки. И сказал, что будет приезжать каждое утро. Избавления от Василя нет. Он упорен и симпатичен в своем стремлении заработать утреннюю тысчонку. Каждое утро у Василя на переднем сиденье свежий номер "Айкакан жаманак". Страна, зачем тебе понадобилось лицензировать этих людей, им и так не сладко. Оставила бы ты их в покое, глядишь,  смягчили бы свои позиции до "Аравот".

... В окне напротив, в окне прекрасного черного дома, где, как оказалось, сейчас расположен театр имени Мгера Мкртчяна, в полдень курит не очень бритый мужчина в костюме Буратино. Однажды рядом с ним стояла женщина и утирала ладонями слезы. 

... Не знаю почему, но благодарность всегда слезами светлыми течет.Эта цитата из Сайге в таком переводе была в "Выше стропила, плотники", и я больше никогда не читала этого самого Сайге, но строчка запала в память навсегда. 

Году в 1991 был обязательный набор любимых книг ереванского подростка. Книги делились на те, которые любой уважающий себя человек должен был "иметь прочитанными" и те, за которыми любой уважающий себя человек должен был "гоняться".

Над пропастью во ржи и Стропила полагалось "иметь прочитанными". За Френни и Зуи можно было еще гоняться. Первые два тома Властелина колец полагалось "иметь прочитанными", за третьим томом и Сильмариллионом можно было гоняться. И все знали, что Сильмариллион нормальные люди одолеть не могут, с этим кошмаром справился только [livejournal.com profile] kornelij и тут полагалось понимающе развести руками: "ну так то Сэм" :)))

Я, кстати, к Сильмариллиону так и не подступилась. А Фрэнни и Зуи у меня были свои - повезло, случайно наткнулась на глянцевый томик в Академкниге на Туманяна, на месте которой сейчас супермаркет САС. Смешно, некоторые книги для меня знаковые во всем - от самой книги до истории их попадания ко мне в руки. Хорошее было время - осень девяносто первого. И весна девяносто второго.

RIP.
... Френд-лента радует сегодня как-то по-особенному. У [livejournal.com profile] greenarine очередная душераздирающая история, на этот раз про бокачу. Не знаете, что такое бокача? Почитайте:) А у моей любимицы [livejournal.com profile] lapushka1 совсем другое настроение. Горькое, грустное, честное...  дал же Бог такой дар, как у Анюты. У [info]markgrigorian  рождественский заснеженный Лондон, а в Лондоне - гольфстрим и снег не держится, и такие картинки - редкость, но я почему-то их очень люблю. А [livejournal.com profile] alittlepea  сказала фантастически правильные слова про то, как важно не оставлять недосказ в отношениях, как важно суметь вовремя попросить прощения, пусть хоть напоследок. И я добавлю - и простить тоже важно. Простить и отпустить. Вот такая у меня сегодня суперская френд-лента.

... Я очень боюсь сглазить, но мне хорошо на новом месте. Возможно, потому, что можно ходить на работу в джинсах. Возможно, потому, что мне очень хочется сделать этот проект, я его чувствую. А может, потому, что каждое утро я хватаюсь за круглую латунную ручку и толкаю дверь с решеткой модерн из начала прошлого века, и это очень здорово. И на кромке крыши того здания, где я работаю, до сих пор торчат покосившиеся надписи про "храните деньги в сберегательной кассе" и про "уважаемых водителей". А прямо за надписями - зеленостекольный шпиль строящегося "небоскреба". И мне нравится, что девчонки в моей комнате пьют натуральный черный кофе, и завариваем мы его по очереди, а значит, у меня есть легитимный повод посозерцать бурлящую кофейную пенку посреди рабочей рутины.

...Это был очень тяжелый год, но такой важный и такой дорогой мне. Год, когда я ожила. Год, когда все повернулось другим боком. И я по-новому ценю тех, кто остался рядом со мной. 
 

... Нет, а вы видели? Видели, как решили проблему озеленения на газоне из-под памятника Ленину? Там поставили деревья-фонарики. Прекрасная штука, доложу я вам. Ствол - железная труба, листочки - фонарики. Прекрасное решение для озеленения города. Во-первых, осенью-весной не линяет, во-вторых, поливки не требует, в-третьих - ночью светит. Надо на Северном выставить такие же. Чтоб городские брюзги перестали жаловаться на каменные джунгли. И думаю, если парк Победы окончательно вырубят, тоже можно вместо настоящих деревьев такие установить... Ночью будет красота - светящийся холм... 
... Над тем подвальчиком, где целых несколько месяцев просуществовал первый и последний ереванский секс-шоп, теперь висит изображение странной женщины в перьях и надпись армянскими буквами "эднжелс войс караоке бар". Вчера из подвальчика доносился пубертатный козлетон, распевающий "я люблю тебя до слез"  - ангельский, должно быть, голосок. Честно говоря, секс-шоп меня там больше радовал.

...На мое офисное окно каждый день прилетает горлица. Сначала прилетала одна, потом с другом сердца. Бурлили и ворковали. Доворковались до того, что понадобилась жилплоадь. И теперь натащили веток. При каждом открытии окна молодожены взлетают и паникуют. Чувствую себя монстром, мешающим чужой личной жизни. Кажется, окно больше открывать не смогу.

... Вообще в Зейтуне куча птиц, в том числе певчих. Целый день кто-то заливается хрестоматийными трелями. Среди обшарпанной урбанизации, ржавых гаражей и разноцветного белья на веревках. В Ереване природа упорно выживает. Հայ ազգի պես տոկուն ա:)))))

Когда и почему поселилась во мне эта зараза, отравлящая все межсезонье, эта тупая боль в суставах по утрам. Сначала болели пальцы, потом локти и колени. Теперь болят только плечи и попа, ну не попа, тазобедренные суставы, утром встаешься потягиваешься, расходишься, и все равно, весь день чувствуешь те четыре точки, в которых руки-ноги крепятся, и хочется все время укутаться во что-то теплое, теплее, чем зимой, потому что дожди уже который день, уже который день с неба капает вода, и мне б радоваться, ведь впереди летняя сушь, летняя печаная ереванская пустыня, но суставы блин болят, болят. А иногда когда день солнечный, ясный и вроде ничего не предвещает, тааааак вдруг прихватит плечи, что сразу понимаешь - дождь будет, а может даже снег. И говоришь об этом окружающим, а на другое утро сразу звонок: "чертова ведьма! опять накаркала!" Чертовы суставы, отравили мне весь Будапешт в 2004, весь Эдинбург в 2006...

*вдруг встрепенувшись, взбодрившись, в матюгальник голосом пионервожатой* Алло, Сестра!!!  Паразитина!!!! Матери напиши!!!!! И мне!!!!! С ума же сходим от беспокойства!!!!!
 

Вместо "Релакса" у памятника Сарьяну открыли новый обЭкт под названием "Баобаб". Баобаб позиционируется как пивнушка. Сервис медленный, еда сносная  - во всяком случае, греческий салат был с фетой, а не с чеддером, как это иногда бывает - и ааааааа! бич армянских обЭктов в последнее время - шумно. Вроде зал достаточно большой, и народу было немного, но шумно.

Что однако не помешало трем девам обсудить все достоинства и недостатки мирозданья. Да здравствуют мои деффки. Да здравствует обсуждение политики, духов, друзей, родственников, знакомых и не знакомых, фильма "Стиляги", да здравствуют орегано в греческом салате и мидии - ну пусть даже замороженные - в пасте с морепродуктами, да здравствует любимый пятак вокруг Сарьяновского сада и ржач в машине на подъезде к дому. 

И о гламуре. У половины ереванских гламурных кис одинаковые носы, вылепленные одним и тем же пластическим хирургом, одинаково выпрямленные волосы и огромные очки в пол-лица. Сплошные клоны. Сплошная матрица. Кисы эти все равно красивые. Но уж больно одинаковые.
Как-то так получилось. Люди из 1991/92/93/94 моей жизни - это совсем другие люди. Вне зависимости от частоты встреч. Где-то там в подкорке навсегда осталась память о по-братски разделенных сухариках - подусшенных на печке-буржуйке кусочках хлеба, часто единственнном угощении к чаю. Где-то в подкорке осталась память об обмороженных руках - оказывается, они до сих пор зимой дают о себе знать, распухают и краснеют. Где-то в подкорке остались битлз-найт на полу в Араикноце, концерт в ЦК ЛКСМ, который позже стал американским посольством, а сейчас превратился в евангелистскую церковь, Бриз в Молодежке, после которого группа молодых имебцилов решила напрямик вылезти "на Монумент", по склону горы.  И так мало фотографий из того времени. Буквально несколько штук, напечатанных  в ванных комнатах на просроченной фотобумаге, с просроченными реактивами... Пожалуй, единственное с чем тогда не возникало проблем - это темные комнаты. На этих фотографиях я - тощая, черная, невзрачная, из волос торчит нос и скулы, Толстый Дизайнер - такой же тощий как я, но почему-то раза в три красивее меня, и все другие, в общем-то тоже такие - тощие, лохматые, нескладные, плохо одетые. Боже, как плохо мы были одеты. И как это совершенно не имело значения. Никакого значения.

Я цепляю взглядом на улице людей из хлебных очередей того времени, в осовремененном говорке моих друзей я цепляю ухом словечки из тех времен, я смотрю на солидных дяденек в хороших машинах и вспоминаю впечатления из тех времен - этот был красив, а у того были колючие глаза.

Кажется, это уже на всю жизнь.

В красивом магазине 21 века я вчера купила ярко-красное пальто а ля Одри Хепберн, и когда крутилась перед зеркалом, папа сделал полукомплимент, полузамечание - да, на такой швабре как ты это пальто хорошо смотрится. У меня красное пальто, всякие неприятности и переживания.

Но почему-то все это кажется менее реальным, чем сухарики, подсушенные на печке-буржуйке, запах керосина, тьма пришедшая со какого-то там моря и накрывшая Ереван на пяток лет, обмороженные руки моих друзей и постоянное ожидание праздника. Ожидание того, что я вырасту и все будет чики-пики.

Во всяком случае в одном я не ошибалась. Я действительно выросла.
После честности, беспонтовости, водки, курева, мата, очень пьяных, но все равно Персонажей, мы сами не поняли как оказались в этой отвратительно гламурной кофейне с хрусталиками и обивкой из разноцветного атласа.  Мужичок в плохо сидящем но до пошлости очевидно дорогом костюме впаривал своей даме как много он работает, денно и нощно, приходит в офис раньше всех, уходит позже всех - как будто это то, что надо впаривать женщине в полночь в пустом гламурном кафе, где два кофе обходятся - хаха - в пять тысяч драмов (тут все вырезано цензурой).  А музыкальным сопровождением был русский шансон, и приволакивающий ногу официант неотрывно смотрел на экран, где показывали бокс. Дорогие плохосидящие костюмы, разноцветный атлас и хрусталики типа Сваровски, идиотские цены, бокс и Днепров - воплощение эклектичного ереванского гламура с бузиной в огороде и дядькой в Киеве.

И я конечно всегда тянусь к крайностям просто для того, чтоб попытать объединить несочетаемое и найти свой собственный баланс, свою собственную золотую середину, и даже в йоге после сильного прогибания назад нужно сделать обратную растяжку, как следует округлить спину, но все-таки не так и не туда.

Пусть я слишком гламурна для Веста, но братцы, кафе Мокка - это же абсолютное безобразие. Жизнь, оставь эту крайность себе.  Пару раз в год Вест даже полезен, промывает замыленный корпорацией глаз, а в Мокке с Паскучей меня больше не будет.

Интересно, мог ли легендарный Темур оф Темурноц предположить, что в Ереване 21 века во всех пивнушках будут подавать жареную картошку с жареными сосисками под абсолютно официальным названием "Темур", прописанным в меню? Как странно работают законы легендирования.

И про мальчика Гошу. Сегодня в 19.00 я буду у памятника Таманяну. Кто не успел вчера - может успеть сегодня.
И да, снова замкнуло круг, и внезапно потеплело, и первые бабульки с фиалками стоят в подземных переходах, и вселившийся с нежданным теплом бес подталкивает тебя к сапогам на каблуках - генеральная репетиция весны, плевать, что за четыре недели еще может пойти снег. И вот на Комитаса мама с дочкой выгуливают спаниеля, и за ними бежит прохожий - "послушайте, послушайте!", и потом разочаровано "а, у вас тоже мальчик..." Ведь весна уже скоро, и всем, включая собак, хочется любви, а девочки не находят мальчиков, а мальчики не находят девочек. А вот какой-то молодой папаша катит коляску, и малиновый сверток машет рукой в такт колесам, и папаша ловит мой потеплевший взгляд и улыбается в ответ так гордо, так счастливо, что сразу становится симпатичнее раз в пятьсот. И все степенные армянские моркурджаны расстегнули свои норковые шубы и пыхтят вверх по Баграмяну, мучаясь от одышки и климактерических приливов.

Снова замкнуло круг, снова зима-весна-лето-осень, и я со своим вечным Don't let me down напоминаю себе героев плохих армянских клипов, которые неестественно шагают на месте, а мимо них проплывают компьютерные пейзажи. Я шагаю на месте, привычно вскинув голову, привычно вытягивая спину по торцевым углям новостроек, а мимо меня проплывают Ереван и зима-весна-лето-осень. Но мне почему-то совсем негрустно, то ли потому что обманчиво запахло весной, то ли просто потому что битлы в ушах так легко склеивают все воедино и так легко прогоняют туман из головы.

А премьер-министр объявил строгий выговор заммминистрам здравохранения за потасовку в "Кактусе", и по мне - выговора им мало, их гнать надо отовсюду пинками под здравоохранный зад. Потому что тупо не хочется ходить в любимый "Кактус", когда понимаешь, что там могут материться и драться пьяные гослапули. Обо всей прочей гамме чувств, связанной с современным обликом армянского чиновника, даже говорить не получается, получается лишь обреченно махать рукой.
- Ну что пойдем мимо университета? Я давно там не была...
- Пойдем. Надо же привыкнуть к отсутсвию речки-вонючки.
- Зимой мы с Иркой кидали туда снег - "поднимали паводок".
- Уху, больше некуда. Паводок транспортной развязке ни к чему.

И мы прошли по старым паркам, где проходила вся жизнь когда-то, и куда сейчас заносит так редко, от Дома Радио к Абовяна, и завернули на Абовяна, было поздно, и холодно, и пятница, и попадались только веселые мальчики, которые наверно только что отвели своих добропорядочных девочек домой ("чтоб в 11 была дома, слышишь", неслось им вслед, когда они выходили в самом начале вечера), и в окне жутчайшего интернет-кафе под гордым названием "Веб Мастер" седой дяденька смотрел на девичьи фоты в одноклассниках, так одиноко, так по-зимнему. И Катохике тоже зимняя и одинокая на пустыре, как этот дядечка в полночь в одноклассниках в инет-кафе, и вот он, первый ереванский знакомый, просто знакомый, с которым раскланиваешься еще со школы - уже годы, уже десятилетия, уже жизнь...

- Жалко, М. уехал, а то мы бы обязательно его встретили, он вседа выскакивал откуда-то в этот час.
- Ха, жалко! Не успела я зарегаться на одноклассниках, М. высветило в друзьях друзей одним из первых! Он всегда отовсюду выскакивает, как черт из табакерки!

А в витрине Брабиона какой-то извращенец от креатива выставил пальмы с еловыми ветками. Ствол от пальмы, а сверху, вместо пальмовых листьев натыканы еловые ветки, и весь этот мутантогибрид украшен лампочками. Но дальше, дальше, по улице, не обсуждая маршрутов, и вот он, второй ереванский знакомый, снова раскланиваемся, small talk ни о чем.

- Ого какая с ним красавица!
- Да, симпатичная девушка.
- Ты что, не симпатичная, а настоящая красавица! а он как был дураком, так и остался...

А дома в телевизоре Ума Турман с темными волосами уже заказала молочный коктейль за 5 долларов, и Сарапян Траволта уже попросил его попобовать, и я не пойду в душ, пока они не станцуют, не станцуют главный танец наших девяностых. И если вы не танцевали этот танец с Траволтой Сарапяном на собственной свадьбе целых 10 лет назад, вы наверно меня все-таки не поймете. Ну во всяком случае - до конца не поймете:)

Интересно, не из этого ли фильма моя любовь к белым рубашкам? Или все-таки из пионерского детства?
Вызывают недоумение люди, требующие, чтобы кто-то там доказывал свою НЕВИНОВНОСТЬ  в суде. Потому что основополагающим принципом правосудия является доказательство ВИНЫ. И именно потому "бремя" поиска доказательств накладывается на обвиняющую сторону. Все-таки, зря я всю жизнь ржу над грантовыми программами по гражданскому образованию, они, видимо, действительно необходимы. У нас ведь словосочетанием "презумпция невиновности" не щеголяет только ленивый, а что это действительно должно означать в судопроизводстве, люди, оказывается, не знают.

Вызывают бешенство производители одежды. Потому что пришивают ярлычки к спинкам страшными капроновыми нитками. Даже с самой дорогой одежды приходится часами отпарывать эту гадость - кусачая такая!

Вызывает любопытство концепция передачи Дом-2. Я знаю, что там люди живут в доме с камерами. Еще я знаю, что эти люди там все время скандалят и говорят странным и местами непонятным мне языком. Но у меня не хватает терпения посмотреть хотя бы один выпуск, чтобы понять - в чем там формально дело? Почему это город любви, почему там несколько домов и каковы официальные правила игры? Помогите, братцы. Слушать странные диалоги с руганью больше трех минут невозможно, но так хочется быть в курсе медийных тенденций:)
Такое хмурое осеннее утро, что пришлось извлечь из загашников кофту потеплее. И веренница всего того, что надо купить до холодов, выстроилась в голове - от сапог до нового банного халата.

А с вечернего похода в укромно-спрятанный телепавильон во мне остался Кашмир, который крутили не то монтажники, не то звукорежиссеры, и я поняла, что давно не танцевала, не танцевала по-настоящему, закрыв глаза, забыв про окружающих, просто реагируя телом на музыку. Так танцевалось однажды давно, когда вдруг оказалось, что есть деньги на поход в клуб. Было уже за полночь, и Востан  играл уже только для своих,  и на пятачке "танцпола" не было почти никого кроме меня. А мне было все равно. И я даже была трезвая - потому что денег хватало только на бутылку пива, а пиво я не люблю.

Эта новая жизнь пока сумбурна и непонятна. Я пытаюсь расставить в ней свои старые вещи, как маячки, чтобы привыкнуть, обжиться и не заблудиться. Я стараюсь. Стараюсь успеть, сделать и не забыть. Стараюсь не обделить, не забросить и не потерять. Я жду того момента, когда я перестану стараться, потому что все снова начнет получаться само собой.

А пока что надо наконец опомниться и начать готовиться к зиме. Выполнить все ритуалы от осенней уборки до покупки теплых тапок.

Доброго хмурого утра всем. Пятница - она уже завтра.
Постепенно знакомлюсь с утренними людьми. К восьми утра по нашей улице выгуливает большого рыжего боксера мужчина с усиками, похожий на Гарина, когда он "не Спиноза, чтоб ногами всякие кренделя выписывать". Боксер веселый и сильный, и мужчина еле его удерживает.

На углу стоит девочка лет 12. Она ждет подружку. Подружка ходит с мамой, и девочка громким ученическим голосом говорит по-русски "Здравствуйте, Жанна Георгиевна". Потом они все втроем идут к школе Ширванзаде, где девочки, вероятно, учатся, а Жанна Георгиевна преподает русский язык.

К тому же углу каждое утро подходит поджарый невысокий дядечка лет шестидесяти, в старомодном, но "приличном" костюме. Помните, в начале восьмидесятых так носили - прямые штанины, приталенный пиджак. Идеальные стрелки, идеальная выбритость и запах какого-то старомодного одеколона. Он подходит с сигаретой, останавливается над урной, делает еще пару затяжек, аккуратно выбрасывает окурок в урну и лишь после этого энергично переходит Комитаса. Может, он тоже учитель? Раз такой костюм?

Я даже узнаю людей в машинах. Вон военный в зеленой машинке - у военных, наверно, одержимость зеленым цветом. А вот микроавтобус учебного комплекса "Мхитар Себастаци".  В нем девчонки играют сотовыми телефонами. Еще в нем каждое утро бывают брат и сестра сильно неармянского вида. Они всегда сидят отдельно от остальных детей, и сестренка делает вид, что смотрит в окно, потому что маленькая но гордая, а братишка откровенно рассматривает соседей по автобусу. Я жду, когда они, наконец, подружатся и перестанут сидеть в автобусе так одиноко.
За окном обшарпанная многоэтажка со следами разножанрового ремнота и самостроя: на одном краю крыши будка типа мансарды, какие-то балконы стихийно увеличены. Пейзажи унылые, неухоженные, светофоры не работают, асфальт разломан. Шуршит метла, и скулит собака.

Еще ранo, и толпа "уважаемых коллег" не пропищала еще своими пропусками у турникетов, не протопала по коридорам, не выстроилась в очередях у раковин, чтобы смыть из чашек оставшуюся с вечера кофейную гущу - непрочитанную, с неузнанными долгими дорогами, казенными домами и сбычей заветного желания через три единицы времени.

Побаливает колено после вчерашних йогических подвигов и вспоминается сегодняшний сон - квест в Ирак с двумя долговязыми американками с целью спасения каких-то сокровищ из золотого храма - не то армянского, не то инкского. Я - Индиана Джонс в сером пиджаке, затерянный в не самом гламурном районе Еревана.

Иногда мне хочется записывать свои сны. Мне жаль их терять, они сюжетные и цветные.

Я не люблю унылых женщин. Я не люблю то, как они боятся сквозняков, ставят кактусы у мониторов, переживают месячные как гуманитарную катастрофу и периодически устраивают истерики бросившим их мужчинам. У них всегда в ящике стола есть таблетки "от головы" и валерьянка, они активно следят за своим давлением, начиная с 20 лет, и только они умеют произносить это армянское "уфффффф" так, что всем сразу понятно: счастья в жизни нет и в ближайшие дни не предвидится.

Когда-нибудь я открою НПО по излечению унылых женщин. Я буду заставлять их распахивать окна, вдыхать холодный воздух, так чтоб он достигал самого дна их тепличных легких, я буду заставлять их петь в дУше и танцевать вечерами в прокуренных клубах. 

А самое главное, от чего я их буду отучать, используя жесткую военную муштру - это ШАРКАНЬЕ ПРИ ХОДЬБЕ. 

Когда на свете выведутся все унылые женщины, жить станет лучше. Вот увидите.  
...Вечером, закрывая окно, сказала френдессе начальству: ух ты какой закат, посмотри. Начальство посмотрело на меня помутнешвим от 12-часового рабочего дня взглядом и сказало: я тебе завидую, ты еще в состоянии смотреть на закаты. Почувствовала себя Паровозиком из Ромашково, который ни фига не успевает, потому что нюхает ландыши на лужайке. Второй раз почувствовала себя этим же Паровозиком утром, когда с кофейной кружкой наблюдала из окна рассвет. Фантастически красиво все-таки меняются краски, от перламутрово-серого, через розовый к золотистому. А потом все становится обыкновенно, тучи как люди как тучи.

...Если на улицах города вы заметили больше трех девушек с одинаково нарисованным восточным орнаментом на руке, не думайте, что перед вами члены тайного женского сообщества-сестринства. Это всего лишь означает, что в Ереване проходила выставка-продажа индийских товаров, и там одна индийская тетя рисовала всем желающим на руке хной. Только за вчерашний день я заметила двоих таких дев, плюс в субботу такой же узор был у моей косметологини. Думаю, через пару дней девы с рисунком превратятся в дев с темными потеками, по мере того, как хна будет стираться.

...Мне тут так не хватает центра. И Ям-Яма. И студентов в кедах, жующих булки с корицей в этом самом Ям-Яме. Из-за того, что район мне неродной и незнакомый, все время кажется, что я переехала в другой город.

Ну все, пойду работать. Я все надеюсь, что когда-нибудь я расправляюсь со всеми лягушками, пожирающими мое время. Надеюсь даже, что это будет скоро.

Хорошего дня всем.

…Вы спрашивали про Гамлета? А Гамлет был хулиганским. На сцене сплошное хулиганье, с азартом, страстью, смехом сквозь слезы, слезами сквозь смех. Деньги за билеты я не требовала. Потому что “Гамлет” был ни на что не похож.  И слава Богу. И да, трио Трухин-Пореченков-Хабенский теперь мои любимцы навсегда. Могут сниматься в сериалах сколько хотят.
 
…Зато Орхан Памук меня докoнал. Я его до сих пор не дочитала – аааааааааа. Полтора месяца читаю, еще треть есть. По-моему, тут какой-то пантюркистский заговор, с этим Памуком, осуществляемый разбавкой ДЕЙСТВИТЕЛЬНО хорошей прозы каким-то страшным занудством. Они (пантюркисты проклятые)  это специально придумали, чтоб вынести нетуркам моск. А жидомасоны в лице Нобелевского комитета им потворствуют. Ну а если еще вспомнить проармянские высказывания Памука, которыми он привлекает к себе еще большее внимание армян вроде меня, то весь преступный антиармянский заговор становится ясен. Не мытьем, так катанием. Кого не вырезали и не отравили мылом Дуру, тому вынесут моск Орханом Памуком.
 
… Кстати, насчет Турции. Вот некоторые сильно патриотические армянские газеты, борцы с либерастией и жидомасонскими заговорами, годами публиковавали огромные лаваши статей о всяких турецких гнусностях. В частности, помнится, была восхитительная в своем маразме история о том, что турки устанавливают скрытые камеры в женских туалетах по маршруту следования автобусов с армянскими “челноками”. Потом видеозаписи того, как армянские женщины справляют естественные надобности, оказывается, использовались для всякого шантажа и мерзостей - ведь стыдливые армянские дамы готовы на все, лишь бы никто не увидел их без трусов. Так что вы думаете? Еще полгода назад газета публиковала материалы такого рода, а сейчас – сопоставимые по размерам экономические выкладки того, как именно Армения может выиграть от открытия армяно-турецкой границы. Я вот все думаю, редактору этой газеты с самим собой комфортно?
 

Когда меня спросят о том, что было в моих последних днях лета 2008, я скажу - художник Ерванд Кочар, привыкание к новой оправе, линяющая белая кошка моего друга, оставляющая кисти белых волос на каждом, кто ее гладил, орнаментальные предложения Орхана Памука, [livejournal.com profile] sophit, осмелевшая за рулем своего элегантного серебристого гольфика настолько, что даже поддерживает светские беседы, много арбуза и винограда. И самое трудное - проятнутая для примирения рука. Неожиданно протянутая, спустя годы молчания. И чтобы пожать эту руку, надо по-настоящему простить, а это оказывается нелегко, надо перестать думать о себе и надеть-таки туфли другого человека, и проходить в них хотя бы четверть мили, и вычистить эту ячейку своей души от плесени обиды, от гноя и желчи, пройтись по ней дезинфектантом, но это до удивления нелегко, нелегко это сделать по-настоящему, искренне и не для показухи...

Когда меня спросят, чем был примечателен для тебя прошедший год, первый год четвертого десятка, я скажу - выстрелами старых проржавевших ружей на стенах, замыканием цепочек, завязыванием когда-то развязанных узелков, всплывшими старыми векселями... Наверно, их все нужно оплатить, замкнуть, завязать, вычистить, чтобы двигаться дальше. Гештальт-мештальт.  



...Заплатили совершенно неприличную сумму за билеты на этот ваш МХТ им. Чехова. Это именно та сумма, которая может заставить меня сквернословить в кассе и требовать вернуть деньги, если спектакль не мне не понравится. Так что it'd better be good.

...Мне подарили огромный флакон Sunflowers от Элизабет Арден. Запахи - лучшая машина времени. Санфлауэрз - мои первые настоящие духи, Ирка привезла мне их из Штатов летом 1996 года, между моим вторым и третьим курсом. Тогда почему-то в моде была тема подсолнухов, и я даже купила очаровательное платьице в мелких подсолнухах, рукава фонариком. Мечтала носить его с ботинками, но ереванское лето подобного экстрима все-таки не любит, и ботинки с платьицем так и не встретились. Платье с подсолнухами, духи про подсолнухи, первая работа и поход к сестре в школу на родительское собрание: на вопрос сестры "Венера Шагеновна, а можно вместо мамы на собрании будет сестра?" ее незабвенная классная руководительница, оглядев меня с ног до головы, выдала: "А это твоя старшая сестра или младшая?" В 19 лет не очень приятно слышать, что тебя можно принять за младшую сестру семиклассницы. О 1996, когда стали давать свет, появилась первая зарплата, равная сегодняшней стоимости двух билетов на МХТ (правда, купить на эти деньги тогда можно было намного больше чего), а на рок-фестиваль в Доме культуры МВД привезли "Крематорий", и в полупустом маленьком зале я с упоением кружилась под "Мусорный ветер" в платье с подсолнухами, облитая своими первыми настоящими духами.

...Станцию метро "Еритасардакан" приукрасили. Выбелили и навесили на потолок белый пластик. Все равно хорошо, я люблю метро.
Я читаю книгу про греческого гермафродита - Middlesex называется. Сначала не хотела брать, потому что надоело читать про "альтернативную сексуальность", а теперь не могу отложить, хорошо написано так.

Царапают меня эпизоды в книжке, по живому царапают. Главные герои - семья греков, живущих в Америке. У бабушки - коллекция вееров. Каждый год она делает пожертвование греческой патрирахии Константинополя, за что получает в подарок веер. На каждом веере - надпись "Turkish atrocities against Greeks", название города, где был погром и число жертв.

Калли, находясь в полной уверенности, что он - девочка, в 13 лет, запутавшись в подростковых комплексах, отращивает волосы. "Ни у кого на свете не было такого количества черных волос. В них можно было спрятаться". И на целый азац - описание ощущений от огромной копны черных волос, мои ощущения, один в один. У меня была точно такая же копна в 13 лет. И я точно так же в них пряталась. Калли состригает волосы в тот момент, когда решает стать мужчиной. Кажется, я это сделала, когда поняла, что стала женщиной.

Странное ощущение - узнать себя в гермафродите, переживающем тяготы взросления. Думаю, это все-таки хорошая книга.

Пы.Сы. Концепция "ишавотнуков" в "Стопе" меня вчера порадовала:) Видели уже?
Я люблю негибкость свежестиранной джинсы, люблю как ткань топорщится по швам и немного не слушается. Это восстание любимых штанов против хозяйки длится лишь несколько минут, потом все складки садятся на свои места, и ты перестаешь думать о том, что на тебе надето.

Так жарко, что лень рисовать лицо, лень подбирать украшения, привычная джинса и вьетнамки, и кровь в венах наверно загустела от жары.

И интересно откуда пошла дурацкая максима про "ты настолько человек, сколько знаешь языков", или как там она звучит по-русски? У меня абсолютная убежденность, что что-то с этой фразой не то, она откуда-то была неправильно переведена. Потому что на самом деле ты не настолько человек, сколько знаешь языков, а просто в тебе столько людей, сколько ты знаешь языков. Каждый твой язык навязывает тебе определенную логику, определенное ышление, определенные каноны общения. Так ты дробишься на нескольких людей. А потом синтезируешься обратно, с многоязычной кашей в голове.

А еще говорят, что родной язык тот, на котором ты признаешься в любви, на котором ты ругаешься и считаешь. В моей любви чуть больше армянского языка, чуть меньше русского, в моей ругани чуть больше русского и чуть меньше английского, а считаю я то по-русски, то по-армянски. И где он, родной язык? Одно очевидно - это не французский:)
Page generated Jul. 25th, 2017 12:41 pm
Powered by Dreamwidth Studios