Feb. 21st, 2012

Или почему я не хожу на акции протеста на бульвар Главного проспекта.

Ну как всегда, сразу оговорюсь. Мэрия ведет себя безобразно. И как-то, мягко говоря, неумно. Зачем нужна подобная эскалация за два месяцев до выборов – мне совершенно не понятно. Но с другой стороны, вы тирады их пеарщега читали же? Что с них взять, кроме анализов?

Но дело собственно не в мэрии и не нашем государстве. С ними все понятно уже очень давно.  Дело в том, что у меня лично акции протеста не вызывают такой уж однозначной поддержки, и я совершенно не разделяю восторгов по поводу того, что у нас, дескать, зарождается гражданское общество.

Посудите сами. Фактически, оказалось, что у нас есть несколько десятков людей, которые способны пожертвовать своим временем и энергией во имя бульвара Главного проспекта. Причем систематически, в течение многих дней. С барабанами, вувузелами и прочим. Более того, оказалось, что у нас есть политики, в том числе представленные в законодательном органе страны, которых тоже беспокоит судьба этого парка. Это прекрасно, и я этому очень рада.

Но меня интересует следующее.

То, что происходит на бульваре Главного проспекта – всего лишь малая доля того, что уже очень давно произошло вокруг Оперы и на Кольцевом бульваре, кучи всего в Ботсаду, Цицернакаберде, барахолки, которую мы называем Вернисажем и прочего.  Я не помню акций протеста там, не считая единственной успешной акции у Лебединого озера. Более того, я узнала, что в поддержку протестантов выступил даже Ваган Оганесян. Который, как мы все помним, в 1998 году вышел-таки из тюрьмы в большую политику, и с тех пор кресло депутатского не покидал ни на один созыв. Если Вагана Оганесяна волнует судьба общественных зеленых зон, почему за эти 14 лет он ни разу не предложил законодательного вето на коммерческое строительство в общественных зеленых зонах Еревана? Почему ни разу не поднимался вопрос о том, что существующие на момент обретения Арменией независимости общественные зоны должны быть об’явлены каким-нибудь национальным достоянием и любая попытка их урезать должна сопровождаться очень серьезными обоснованиями на государственном уровне? Примерно то же касается Заруи Постанджян и остальных депутатов, которые сейчас купаются в софитах и пафосе.

В конце концов, крупномасштабное надругательство над городом продолжается больше десяти лет. Почему до сих пор не предприняты ИНСТИТУЦИОНАЛЬНЫЕ меры? Почему мы боремся с частными случаями,  а не с глобальным явлением, которое присуще Армении много лет? При том, что среди борцов есть люди, наделенные государственной властью?

Есть у меня вопросы и к общественным защитникам парка. Года этак с 95 этот парк планомерно уничтожался. Завалилвался строительным мусором из-за возводимых по бокам элитарных высоток.  Останки бетонных фонтанов рассыпаются уже очень давно. В прошлом году директор дома-музея Чаренца буквально рыдала в прессе, когда уничтожили лужайку с кустами сирени перед входом в музей – там расширили дорогу и сделали паркинг. Эту клумбу персонал музея с восьмидесятых годов собственноручно выхаживал – сквозь войну и блокаду девяностых, сквозь строительный бум 2000-х, сквозь кризис последних лет. Всю эту полосу Главного проспекта уничтожили еще в прошлом году.

И я не помню ни одной акции протеста по этому поводу. Я не помню ни одной общественной акции по привлечению внимания властей к загаженности этого бульвара в течение всех 20 лет независимости. Никто не собирал народ на уборку территории. Никто не делал фандрейзинга на то, чтоб элементарно привезти несколько самосвалов чернозема и засеять вытоптанные газоны травой. Никто не стучался в мэрию с вопросом, что будет с этим парком и доколе фонтаны будут стоять разрушенными. Никто не заручился поддержкой какого-нибудь Йирикяна и не представил в мэрию проекта обустройства бульвара пусть хоть с последующим названием его Вива Парком.  Не было никакого общественного бума вокруг этого парка. Ни одной акции по привлечению внимания к его судьбе, которых могло бы быть множество – от студенческого конкурса по благоустройству до сбора средств прямо в парке – аукционами, концертами, хеппенингами.

Если есть люди, для которых эти вопросы так важны и которые могут направить на это дело столько энергии, чтобы обзавестись барабанами, вувузелами, масками и прочим, где были эти люди хотя бы год назад?

А сейчас мы хотим убедить беспринципную и повязанную на своих экономических интересах власть, что нам нужен этот парк? Тарон Маргарян увидел бесхозный пустырь в центре города и перенес ларьки туда.

Нам не поверят. И правильно сделают. Мы же безучастно наблюдали за тем, как он загаживался 20 лет. Мы же ходим в кафе вокруг Оперы. И на Кольцевом бульваре. И по Северному проспекту ходим.  Мы – такое гражданское общество.

Мы предпочитаем бить в барабаны и трубить в трубы за два месяца до национальных выборов. Власть же предпочитает плевать на нас с размаху за два месяца до национальных выборов.

Потому я не хожу на акции протеста на бульваре Главного проспекта. И да, он называется именно так, а не сквером Маштоца. Именно потому, что это часть целой бульварной системы, которая продолжается за площадью Республики и переходит в бульварное кольцо. Единой бульварной системой того города, которого больше нет.

Page generated Jul. 26th, 2017 02:30 am
Powered by Dreamwidth Studios